Классика на балу современности

«Горе от ума» — третий спектакль Павла Сафонова в Театре на Малой Бронной. Его предыдущие работы — «Тартюф» и «Сирано де Бержерак» — публика запомнила по ярким и смелым образам, оригинальной и смелой сценографии. А также бережному отношению к авторскому тексту.

В своей новой постановке молодой режиссер придерживается избранных принципов и предлагает современную трактовку хорошо всем знакомой со школьной скамьи пьесы под весьма своеобразным углом…

…наклонным — классическая итальянская сцена-коробка здесь сведена к перспективе. Это усеченная пирамида, чье белое широкое основание открыто публике, а вершина упирается в черный квадрат. Тут можно усмотреть и привет современному искусству, и ответ на вопрос про свет в конце тоннеля.

Но все‑таки Александр Андреевич Чацкий, как отметили еще современники драматурга Грибоедова, — российский Гамлет, и такое сценографическое решение к тому же зримая метафора «шекспировского тупика умного, несчастного, глубоко и тонко чувствующего человека» (художник-постановщик Мариус Яцовскис).

И своеобразный рупор общественного мнения, а также усилитель голоса для бессловесного вначале протагониста: спектакль начинается с решенной в кинематографической стилистике интермедии, в которой Чацкий (актер Дмитрий Сердюк) беззвучно и безуспешно пытается докричаться до окружающих. Те же, влекомые потоком — кордебалет в матросских костюмах изображает качку, — его не слышат, а возлюбленная Софья (актриса Полина Чернышова) ему, как раненому, перебинтовывает рот. Плывущий против течения герой — кость в горле общества: недаром сцену пронзает столб в обхват шириной.

По сути точный и мизансценически отточенный спектакль Сафонова — это развернутая и всесторонне обыгранная фраза антагониста Молчалина (Евгений Пронин): «Ведь нынче любят бессловесных». Поэтому в общей бледной и безликой массе любой, сумевший «сметь свое суждение иметь», выглядит чужаком — пьеса двухсотлетней давности и сегодня не теряет своей актуальности.

Для большей выразительности вся постановка решена преимущественно в черно-белой гамме, и в кульминации — на балу у Фамусова (Михаил Горевой), все персонажи, стремясь перещеголять друг друга в «изощренной продвинутости», постепенно оголяются, оставаясь в исподнем (художник по костюмам Евгения Панфилова). Лишь Чацкий в черном посреди этой карикатуры на светскую тусовку маячит словно бы немым укором — в обществе, где мода на «белых ворон», уже норма считается отклонением.

«Мы попытались, сохраняя авторский юмор, взглянуть на наше странное, искаженное время, когда в жизни остается все меньше настоящего, любая ситуация обрастает как снежный ком слухами, и люди все больше делаются похожими на призраков, выбирая вместо любви комфорт и карьеру», — говорит об идее постановки режиссер.

Как снежный ком в ней нарастает и музыкальное сопровождение — в качестве лейтмотива композитор Фаустас Латенас предложил простую, как упражнение, пьеску, которая по мере действия набирает глубины и грусти, отражая душевное смятение непонятого и отвергнутого влюбленного. Он под сурдинку и уходит «искать по свету, где оскорбленному есть чувству уголок»…

Поделиться