Нужна политика книжного нэпа

     Участники круглого стола:

    В Москве сокращается число книжных магазинов. По данным Российской книжной палаты, в столице сейчас 199 книжных магазинов. И они продолжают закрываться. Мы перестали читать?

     

    Не только книги

    Эксперты «Круглого стола» не разделили пессимизма.
     
    «По Москве у нас продажи выросли на 40 процентов, — обнадежил Алексей Кузменко. — Но не просто так. Мы активно играем с ценообразованием, работаем с сервисом, стараемся минимизировать цену доставки. У нас около 80 точек самовывоза. Часть — собственная. Средний чек у нас сейчас вырос на 17 процентов, в нем 3-5 позиций. Мы понимаем, что книга, увы, не продукт первой необходимости. И делаем все, чтобы клиент смог купить книги по оптимальной цене».
     
    Самая юная книжная сеть Москвы — «Республика»: «В 2006 году мы открыли первый магазин, сейчас у нас их 20, — рассказывает Юлия Сергеева. — В этом году открылся один в Москве. Мы изначально задумывались как мультиформатный магазин, в ассортименте у нас аудио-, кинопродукция, канцелярия. Это и спасает. Но 33 процента от оборота — канцелярия, медийная продукция, предметы, которые мы называем категорией lifestyle. В этом наше отличие и, отчасти, залог  успех. Поверьте, чтобы при нынешних арендных ставках открыть классический книжный — надо быть очень смелым человеком. Если говорить о финансах, то мы в плюсе. По январю-февралю рост в книжных категориях порядка 20-25 процентов, а совокупный рост – порядка 30 процентов, но во многом нас спасает именно мультиформатность».
     
    Нет печальных прогнозов на жизнь и у «Эксмо».
     
    «Увеличилось число молодых читателей, — говорит Юлия Раутборт, курирующая группу зарубежной литературы. — Среди москвичей процент читающих высок. Правда, число читающих и покупающих не всегда совпадает, у нас сильна традиция «дать почитать».
     

    Цифровой формат

    Растут продажи и в этом сегменте. В прошлом году число покупок через приложения «Озона» выросло на 17 процентов. Конечно, это не такие темпы, как в Америке, об особенностях рынка которой рассказала писательница из США Анна Тодд.
     
    «Электронные продажи растут, у меня основной объем через апстор, — рассказывает она. — Наверное, это плохо для торговли. Но не каждому подростку по карману бумажная книга. Плюс психология: никто не хочет платить за то, что можно взять бесплатно. Электронные книги стоят 3-8 долларов, и очень много пиратских изданий».
    «До десяти лет мой сын читал мало. Я купил ему айфон. У него был первый айфон в школе, он им гордился — рассказывает Михаил Фаустов. — Сейчас ему двадцать, он проглатывает толстые тома — читать он полюбил именно с айфона. И к бумажным книгам пришел через электронные».
     

    Так читают или нет?

    «Давайте не будем навязывать стереотип об оглуплении нации, иначе сами в него поверим, — продолжил Фаустов. — Это как утверждать, что русские — самая пьющая нация, забыв про ирландцев и финнов. В моем микромире интерес к чтению растет — и у детей, и у взрослых. Да, мы что-то утратили. Например, институт подписки. Если вы открываете ирландский журнал, то первое, что вы видите — подписной талон. Со скидкой в 40 процентов. Мы же сейчас живем по принципу Матроскина. «Я ничего выписывать не буду, я экономить буду».
     
    Наши люди читают. По качеству детского чтения, умения понимать текст в группе до 12 лет мы в первой десятке. Есть такая специальная система опросов. А после 12 лет — резкое падение: к 30 месту. Это разница в образовании — первую пятилетку у нас оно форсированное. На Западе, наоборот, первые годы — щадящий режим, а потом гонка».
     
    «Я застала времена «самой читающей страны в мире», — рассказывает Елена Данилова. — Это миф. Я вижу, что современные студенты, которые якобы «не читают», намного начитаннее, чем когда-то были мы. Их кругозор значительно шире».
     

    Форматы для юных

    «Долго хитом были т. н. «флип­буки», это книга, разворот которой напоминает планшет, — рассказывает Юлия Раутборт. — Контент был молодежный, авторы Рей Бредбери, Селинджер».
     
    Юлия также возразила против мнения о том, что нынешние дети ищут информацию по-другому — им не нужно читать всю книгу, чтобы найти ответ на вопрос. Все есть в Сети.
     
     «Добрый гугл за минуту ответит, как звали героев Дюма, безусловно. Но у французских и немецких детей гугл тоже есть. Но тиражи   растут. Там есть литературные дома — оазисы любви к книгам, и они имеют колоссальную господдержку».
     
    «Подростки часто ищут ответа у сверстников, а не у взрослых, — продолжила Анна Тодд. — Я не скажу, что они не читают. Но эту литературу сложно назвать высокоинтеллектуальной. И надо искать точки пересечения между тем, что мы хотим предложить им для чтения и тем, что они хотят. Заставить читать их сложно».
     

    Нужна реклама

    «Сейчас в метро едут со смарт­фонами, — вступил в дискуссию Олег Жаденов. — Часть, безусловно, играет. Часть читает. Вопрос: что именно? Идет процесс падения интереса к бумажной книге. Читают примерно в 10 процентах семей. А государственной политики, стимулириующей чтение, нет».
     
    «У нас нет «околокнижной» инфраструктуры, регулярных обозрений в популярных изданиях, — отмечает госпожа Данилова. — Не литературной критики, а доступной информации. Например, рейтингов, которые так популярны в Европе и США. Я росла в городе с населением в 230 тысяч, дорога до музыкальной школы занимала 15 минут, по дороге я проходила три книжных магазина. И заглядывала туда. Это тоже было своеобразной рекламой книг.
     
    Сейчас рекламы книг нет. Их не видно в метро. Их нет ни на радио, ни на телевидении. Они живут только в книжных, до которых еще надо дойти. А их число сокращается».
     
    «Есть Чулпан Хаматова — личным примером она вовлекает страну в благотворительность,— продолжает Олег Жаденов. — Большой объем операций оплачивается ее фондом. Нужен человек со схожей энергетикой, привлекающий к чтению».
     

    Кто в лидерах 

    «Объем продаж зависит от политики издательств, — отмечает Алексей Кузьменко. — Там, где долгое время делали вид, что «ничего не происходит», идут массовые «просадки». А некоторые, например, «Альпина Паблишер», поняли, что надо быть гибкими. Очень хорошо продается все, что «для головы» — образовательная литература. Хорошо растут политический, исторический сегменты. Исследование недавнего прошлого — 80-90 годов. Там встречаются и довольно странные продукты, но это все продается».
     
    «В огромных объемах подростки сейчас читают один жанр — фэнтези, — отмечает Елена Широнина. — Рекламируем его через соцсети. В группах по нескольку десятков тысяч человек. Подростки сами принимают решения. А с рекламой детских книг новых авторов  схема не работает: решение принимает взрослый, ему милее проверенный «Колобок». Наибольшие тиражи у классики — Барто и Чуковского».
     

    Удержать читателя

    У каждого из практиков, собравшихся за столом, свои мысли о том, как удержать читателя.
     
    «Во многие книжные магазины давно не вкладывались в смысле обновления, — отмечает Юлия Сергеева. — Для зрелого читателя в классическом дизайне много привычного, но более молодой публике  ближе современное пространство, говорящее с ней на одном языке».
     
    «Очень хорошо продаются книги с активной пиар-кампанией, — замечает Алексей Кузменко. — На такие книги мы получаем большое число предзаказов».
     
    «У нас хорошо покупают покетбуки в разных жанрах, — признает Юлия Раутборт. — Стараемся держать на них цену в пределах 250-300 рублей».
     
    «В нашем магазине очень много людей. Особенно в Дни книгочея, когда есть скидка в 25 процентов, — делится Елена Данилова. — Через смс, почтовую рассылку мы возвращаем к себе тех, кто к нам хотя бы раз пришел. Распространяем дисконтные карты. У нас масса клубов по интересам — для домохозяек, для детей, только начавших приобщаться к чтению, для подростков, увлекающихся квестами. Книжный магазин должен предоставлять бесплатные интересные развлечения».
     
    Подготовила Алекстандра МАЯНЦЕВА
     

    Выход из кризиса. Мнение экспертов

    Нужен тренд «Политик и книга» или «Звезда и книга». В свое время Кеннеди сказал, что читает Флеминга — тиражи выросли в разы.
     
    Обнулить НДС на книги.
     
    Ввести льготную аренду для книготорговцев.
     
    Ввести KPI для властей — обязать открыть оговоренное число книжных магазинов на количество жителей.
     
    Увеличить бюджет библиотек для закупок.
     
    Вести государственную пропаганду престижности чтения через ТВ и прессу. Результаты прошедшего «Года литературы» участники дискуссии однозначно признали провальными.
     
    Транслировать в кинотеатрах рекламные ролики о пользе чтения. Все это гости назвали «Политикой книжного НЭПа».

     

    Поделиться