Отчаяние сладкоежек

    PressFoto

    С чем связано то, что наш мозг порой просто требует «Дайте же мне еды повкуснее!»

    В редакцию на Прямую линию с читателями газеты приходила диетолог революционного российского стартапа — генетического теста «НутриТест» Анна Коробкина. Продукт этой компании помогает тысячам россиян худеть без изнурительных голодовок — быстро, эффективно, надолго.

    Экс­­перт больше часа общалась с читателями, подробно рассказывала об азах правильного питания, почему нашему организму вредны авральные голодовки и по какой причине килограммы, сброшенные на строгих диетах, возвращаются «с прибытком». Треть вопросов касалась тяги к сладкому. Это был настоящий крик отчаяния.

    Анна сладкое разрешала — но осторожно, порционно, в первой половине дня. Многие задавали вопрос, можно ли сахар заменить медом, сахарозаменителями. Диетолог протестовала.
    «В меде содержится фруктоза, это практически сахар, — отмечает Анна Коробкина. — А сахарозаменители обычному человеку, не страдающему диабетом, вредны для поджелудочной железы. Единственный допустимый сахарозаменитель — стевия. Он в 150 раз слаще сахара. К нему нужно привыкнуть, он слегка горьковат. Но именно этот продукт не вызывает скачка сахара в крови».

    Мы обсудили с Анной лекцию биолога Ильи Колмановского «О плохом». О том, как сладости превращают наш мозг в настоящего террориста, требующего их все больше и больше. («Мой район» писал об этом).

    Анна тезисы коллеги признала абсолютно верными и посоветовала посмотреть документальный фильм «Сахар». Почти двухчасовой рассказ австралийского режиссера Дэймона Гамо о том, как он питался продуктами с пометкой «healthy». Оказалось, что они богаты скрытыми сахарами. Автор вскрыл удивительные факты. А свежевыжатые соки, обезжиренные йогурты, мюсли, протеиновые батончики и другая «полезная» еда оказались бомбой замедленного действия.

    Он повсюду. Сперва Дэймон пытался найти продукты без сахара. Но оказалось, что, если с полок супермаркетов убрать сахаросодержащие продукты, в магазине останется только 20  процентов ассортимента. Остальные так или иначе содержат сахар. Сахар не является врагом нашего здоровья. Он практически в равных частях состоит из фруктозы и глюкозы.

    Вторая составляющая — полезный сахар. Фруктоза есть в меде и некоторых фруктах. Отсюда — первый капкан для любителей свежевыжатых соков. Например, в яблоке содержатся четыре ложки фруктозы. Съев его, мы на какое‑то время насыщаемся за счет пищевых волокон клетчатки. На изготовление стакана свежевыжатого сока уходит 4 яблока. Выпивая, казалось бы, полезный сок, мы получаем за минуту почти 16 чайных ложек сахара.

    «Мы берем из фруктов сахар, а полезную клетчатку выбрасываем», — пояснил Дэймон.

    Вывод: живые фрукты полезнее соков.

    Почему мы его так любим? «Предки любили вкус сладкого в ягодах и кореньях, так как охотились за калориями», — пояснили автору фильма эксперты.

    Но если взять количество фруктозы, что наши предки получали за год, оно будет равно пригоршне современных конфет. Сладость была настоящей наградой. Но с развитием кондитерской и химической промышленности мозг перестал довольствоваться малым.

    «Он перестал считать клубнику достаточно сладкой, он знает, что есть вещи послаще, — поясняет Илья Колмановский. — Если так жить и дальше, то мозг со временем престанет считать сладким, например, один зефир. Он будет рассчитывать хотя бы на две штучки. Иначе он рассердится».

    В фильме объясняют, почему без сладкого мозг «недоволен».
    «Когда мы едим пищу, богатую углеводами, продуцируется много глюкозы и инсулин. Чем больше глюкозы, тем активнее инсулин приказывает клеткам удерживать жир. Так отключается процесс его сжигания. И поедая сладкое, мы провоцируем выброс жира в кровь, — пояснили автору в лаборатории, куда он регулярно ходил на анализы. — Если уровень глюкозы не колеблется, настроение стабильное. При низком уровне сахара в организм выбрасывается адреналин. А адреналин вызывает тревогу».

    Точка блаженства. Лауреат Пулитцеровской премии Михаил Мосс, много лет изучавший технологию привлечения и порабощения маленьких сладкоежек, рассказал, как шоколадные корпорации «вербуют» в ряды фанатов своей продукции малолетних.

    Есть так называемая «точка блаженства» — ее нашел технолог Ховард Московиц, разрабатывающий для производителя газировки комбинации вкусов. Суть теории: надо постепенно повышать концентрацию сахара в продукте. При определенной дозе сахара люди его преданно полюбят. Именно эта концентрация будет вызывать чувство блаженства. Поедая такой продукт, люди улыбаются. Вспомните, с каким выражением лица дети едят мороженое!

    «Производители продуктов эксплуатируют биологию ребенка, добиваясь чтобы концентрация сахара в его продукте достигала «точки блаженства». Это формирует у детей ожидание, что вся еда должна быть сладкой. Попробуйте потом дать такому ребенку полезные брокколи! Эти овощи покажутся ему горькими».

    Послесловие. Психологи рекомендуют смотреть «Сахар» вместе с детьми — особенно эпизод, где в штате Кентукки к стоматологу приходит подросток с «газированным ртом». Такой термин придумали для характеристики особого дефекта эмали у детей, злоупотребляющих газировкой. К шестнадцати годам этому подростку предстояло вырвать больше 15 зубов. Инфекция, проникшая в больные зубы сформировала устойчивость к анестезии, и рвать гнилые, раскрошившиеся зубы пришлось «на живую».

    Избавиться от зависимости. Совет от Ильи Колмановского: Когда «совсем не терпится», можно съесть квадратик шоколадки или половинку зефира и отправиться по делам. Если постепенно снижать дозу сахара, то организм привыкнет довольствоваться одной-двумя конфетами в день. Период такой «сладкой абстиненции» длится до двух лет.

    Из этой же серии совет не хранить сладости на виду или на расстоянии вытянутой руки.

    Поделиться