«Помощь должна быть осознанной»

    Мила Геранина

    О том, как работать с просителями, как реагировать на просьбы жертвователей вернуть им потраченные деньги, на встрече с редакцией «Моего района» рассказала Мила Геранина, руководитель благотворительного фонда «Православие и Мир».

     
    Кому помогаем. Мы помогаем всем: детям, взрослым, пожилым людям. Хотя наш фонд создан при портале pravmir.ru, для нас не имеет значения вероисповедание подопечных. Всегда исходим из того, что любой человек обращается к нам за помощью не от лучшей жизни.
     
    Помогаем собирать на лечение за границей, если наша проверка показывает, что в России такое лечение невозможно. Но таких людей, которых действительно не могут вылечить в России, маленький процент. Часто пациенты считают, что они поедут за рубеж и им там обязательно помогут.
     
    Беремся, если человеку положена бесплатная помощь по полису ОМС, но ее надо долго ждать. Например, подопечный может получить лекарство бесплатно, но для этого ему надо отправить запрос в Минздрав. Запрос будет рассматриваться 30 дней, а потом могут потребоваться дополнительные запросы в другие ведомства. На получение лекарства может уйти два-три месяца. А человеку надо это время как‑то прожить. Мы собираем ему деньги на препараты, которые он будет принимать до получения бесплатного лекарства.
     
    Помимо адресной оказываем системную помощь тем организациям, которые знаем лично. Например, «Даниловцам» (движение добровольцев) собирали средства для волонтеров, которые навещают детей в РГДБ. Собирать деньги на это сложнее, потому что проще пожертвовать деньги на конкретную голубоглазую девочку.
     
    Наши подопечные. Они все очень разные. Кто‑то приходит и долго рассказывает о своей проблеме. Кто‑то звонит и заявляет, что он болен, поэтому мы обязаны ему помочь. Но как только мы запрашиваем документы, подтверждающие диагноз или назначенный препарат, больше половины людей исчезают.
     
    Еще отсеиваются, когда мы говорим, что не собираем деньги на личные счета подопечных. Мы действительно собираем деньги на счет фонда и сами оплачиваем счета в клиниках или закупаем необходимые препараты и оборудование.
     
    Бывает, приходит подопечный. И ты понимаешь, что ему действительно нужна помощь. Но то, как он с тобой разговаривает, как долго присылает тебе документы, не располагает к теплому отношению. Но мы исключаем субъективную составляющую в своей работе. Независимо от того, нравится нам по‑человечески подопечный или нет, мы постараемся ему помочь.
     
    Жертвователи. У нас есть люди, которые жертвуют небольшие суммы, и те, кто переводит значительные средства. Но мы не делим жертвователей по сумме. Мы благодарны за любую помощь.
     
    Крупные доноры, как правило, анонимны. Они просят не указывать их имена. Есть один жертвователь, который регулярно переводит на счет фонда большие суммы денег. Когда я пишу ему личное письмо с благодарностью, он всегда отвечает: «Благодарите не меня, а Бога». Больше я о нем ничего не знаю.
     
    Каждый месяц первого числа на нашем сайте появляется отчет, как мы расходовали собранные деньги в прошлом месяце. Мы дорожим своей прозрачностью.
     
    У нас был случай, когда донор перевел средства на эмоциях, а потом просил часть суммы вернуть, потому что это были не его средства. Конечно, мы возвращаем пожертвования. Помогать в кредит или долг не надо. Помощь должна быть осознанной, а не такой, что сегодня ты помог кому‑то, а завтра тебе самому кушать нечего.
     
    Неправда, что в соцсетях лайки и перепосты объявлений о сборе денег заменяют реальную помощь. Наоборот. Публикация становится популярной, ее видит много людей. И сумма набирается. Я говорю знакомым, что, если они не могут помочь рублем, пусть хотя бы сделают перепост. Это важная помощь.
    Поделиться