СЕРДЦЕ, ТЕБЕ НЕ ХОЧЕТСЯ ПОКОЯ

    Ольга Степановна Остапущенко, главный врач медицинского центра «Вэссел Клиник», кардиолог с 30‑летним стажем, кандидат медицинских наук

    Эксперт рассказала, как медицина научилась справляться с сердечно-сосудистыми заболеваниями

    В ноябре 1996 года первый президент России Борис Ельцин перенес операцию на сердце. Бригаду лучших российских кардиохирургов возглавлял знаменитый Ренат Акчурин – медицинское светило первой величины. Консультировал российских коллег еще более известный специалист: в Москву прилетел профессор Майкл Дебейки. За свою жизнь он провел более 50 000 операций на сердце, лечил графа Виндзорского и шаха Ирана, короля Иордании и президента Турции, троих американских президентов – Кеннеди, Джонсона и Никсона.

    Операция аортокоронарного шунтирования считалась в то время уникальной по сложности, была доступна лишь великим мира сего – богатым, знаменитым, наделенным властью. Удивительно, но сегодня рядовой пациент обычной московской клиники получает гораздо более эффективное и куда менее болезненное лечение, чем перенес Борис Николаевич: менее чем за четверть века кардиология сделала огромный шаг вперед.

    Однако до полной победы над сердечно-сосудистыми заболеваниями еще далеко. Первые в группе риска – люди пенсионного и предпенсионного возраста. Рассказать о том, чем сумеет помочь им современная медицина и как они могут помочь себе сами, мы попросили главного врача медицинского центра «Вэссел Клиник», кардиолога с 30‑летним стажем, кандидата медицинских наук Ольгу Степановну Остапущенко.

    – Ольга Степановна! Начну с простого житейского вопроса: как понять, что настало время срочно идти к кардиологу? Одышка, высокое давление, учащенный пульс, боль в сердце: какие симптомы можно считать тревожным звонком?

    – Если перечисленные симптомы уже проявились, значит вы несколько затянули с визитом к врачу. Как и многие другие, сердечно-сосудистые заболевания могут некоторое время себя никак не проявлять, хотя организм уже дал сбой.

    И чем раньше мы, врачи, об этом узнаем, тем легче будет справиться с болезнью.
    Знаете, сейчас принято ругать советскую медицину. И часто есть за что. Но в 60‑е годы в СССР была введена всеобщая обязательная диспансеризация. Всемирная организация здравоохранения ставила это достижение в пример другим странам, поскольку ранняя диагностика помогает победить даже самые серьезные заболевания в зачатке. Развитые страны начали копировать нашу модель. А мы… А мы от нее отказались.

    Диспансеризация перестала быть обязательной, но возможность по доброй воле – и бесплатно! – пройти ее сохранилась. Неважно, сколько вам лет – 30, 50 или 70.

    В любом возрасте необходимо ежегодно проходить обследование хотя бы в минимальном объеме: анализ крови, анализ мочи, посещение терапевта. Ну а если повысилось давление, стало прихватывать сердце – бегом к врачу! Бегом!

    Если повышение артериального давления является симп­томом другой патологии (например, сужения почечных артерий), то, излечив основное заболевание, можно снизить и давление», — Ольга Остапущенко

    – Совет здравый, но мы же понимаем: дай бог, если к нему прислушается хотя бы один из десяти наших читателей. Моя мама, например, скажет, что на всякий случай у нее всегда есть корвалол, а, чем на врачей тратиться, лучше она внукам что‑нибудь купит.

    – Да, это проблема. Приходит женщина на прием, я спрашиваю: когда вы в последний раз у гинеколога были? Когда рожала, после войны сразу. А у кардиолога? Первый раз пришла. Детство старшего поколения пришлось на трудные годы. Наши бабушки, наши матери привыкли во всем себе отказывать, на всем экономить. И здесь нам, их детям, нужно проявить мягкую настойчивость. Не надо ругаться, не надо подгонять, не надо запрещать. Предложите свою помощь, предложите вместе сходить в поликлинику. Задайте вопрос: что внукам важнее – деньги на билеты в кино или здоровая, полная сил бабушка? И не забывайте задать тот же самый вопрос себе.

    – Хорошо. Допустим, я прислушался к совету, прошел обследование и понял, что болезней пока нет, но риск присутствует. В чем он может заключаться и как от него защититься?

    – Главных рисков два – неумеренность в еде и малоподвижный образ жизни. Да, существует еще и наследственность. Но даже если вы предрасположены к сердечно-сосудистым заболеваниям, ваше здоровье все же в ваших руках. Уложите одного из близнецов на диван и кормите его гамбургерами, побуждайте второго к активному образу жизни и здоровому питанию: кто из них проживет дольше?

    Все, что сверх меры, – плохо. Много соли – плохо, много сахара – плохо, много жиров – плохо, даже много воды – плохо. Но это совсем не означает, что вы должны стать аскетом. Высокий холестерин? Ну все, не буду есть сливочное мало, не буду есть мясо, откажусь от сыра! Это так не работает.

    Например, избыток холестерина вреден. Но, с другой стороны, холестерин активно участвует в строительстве клеточных мембран, он необходим для нормального протекания мыслительных процессов. То есть снизить потребление мяса – это правильно, полностью от него отказаться – только во вред. Питание должно быть сбалансированным. В идеале диету необходимо подбирать вместе с врачом – на основе индивидуальных особенностей организма и данных анализов.

    То же касается и двигательной активности. В принципе, правило 10 000 шагов имеет право на жизнь: для большинства из нас это та норма, которая позволит поддерживать организм в тонусе. Но и здесь все индивидуально. Согласитесь, если последние годы пожилой мужчина раз в день выходил в ближайший магазин за продуктами и не более того, 10 000 шагов ему просто не осилить. Но постепенно увеличивать нагрузки необходимо. Так что лучше пройти специальный тест: шесть минут ходьбы в привычном темпе на специальном медицинском тренажере. Собранных данных будет достаточно, чтобы рекомендовать вам наиболее подходящий режим нагрузок.

    – Я читал, американцы считают гораздо более полезным другой режим активности: короткие, но интенсивные нагрузки. Например, 5 минут очень быстрой ходьбы, 15 минут отдыха. И так несколько раз – до пота.

    – Не соглашусь. При риске сердечно-сосудистых заболеваний интенсивные нагрузки могут быть опасны. Как только возникли неприятные ощущения – остановитесь.

    – Здесь понятно. Но что, если результаты обследования показали наличие заболевания? Понятно, диагнозы могут быть самыми разными. Но насколько существенны в целом успехи кардиологии, чтобы обещать пациентам сохранение привычного качества жизни и активное долголетие даже при наличии серьезных болезней?

    – Во-первых, у нас появились гораздо более мощные диагностические инструменты: коронарография, ангиография – рентгеновское исследование сосудов сердца, точное и детальное. ­15–20 лет назад доступ к такому оборудованию был крайне ограниченным: через множество комиссий, через деньги, через связи. Теперь его использование стало повседневностью, теперь мы видим то, что не могли рассмотреть раньше, и это помогает врачам успешнее бороться за здоровье пациентов.

    Другими стали лекарства. Допустим, двадцать лет назад гипертоник был вынужден принимать таблетки 5–6 раз в день. Сейчас – раз в сутки и, главное, без тяжелых побочных эффектов. Мы научились бить по болезни более прицельно. Та же гипертония может возникнуть по разным причинам, и современная фармакология позволяет выбирать столь же разные способы лечения. Поэтому, кстати, не стоит самостоятельно назначать себе лекарство только потому, что оно помогло соседке: пол, возраст, результаты диагностики, сопутствующие заболевания, образ жизни – при выборе современных препаратов кардиолог учитывает множество самых разных параметров под каждого конкретного пациента.

    Но есть один нюанс. Надо четко понимать, что большинство сердечно-сосудистых заболеваний – это не грипп, который пройдет через неделю, и не аппендикс, который можно вырезать и забыть. Многие препараты придется принимать пожизненно. Ничего страшного в этом нет, относиться к этому надо нормально и не прерывать лечение даже в том случае, если ты чувствуешь себя абсолютно здоровым.

    СОВЕТ ЭКСПЕРТА

    Пройдите специальный тест: шесть минут ходьбы в привычном темпе на специальном медицинском тренажере. Собранных данных будет достаточно, чтобы рекомендовать вам наиболее подходящий режим нагрузок.

    – Уточню специально для гипертоников: то есть гипертония неизлечима?

    – Если повышение артериального давления является симптомом какой‑то другой патологии (например, сужения почечных артерий), то, излечив основное заболевание, можно снизить и давление.

    – А если ее причина в чем‑то другом?

    – Активный образ жизни, правильное питание помогут снизить показатели давления, улучшить общее состояние и снизить дозировку принимаемых препаратов. Но полностью отказаться от них не получится. Внезапное обострение может обернуться тяжелыми поражениями сосудов головного мозга. Не обязательно это будет инсульт, но при отказе от медикаментозного лечения вероятность нарушения мыслительных процессов, расстройств памяти и других малоприятных вещей возрастает.

    – Насколько доступна обычному пациенту, что называется, человеку с улицы, высокотехнологичная кардиологическая помощь? Могу ли я, например, в случае необходимости рассчитывать на операцию того же уровня сложности, что перенес в свое время Борис Ельцин?

    – Москвичи точно могут. Да, надо будет собрать достаточно много документов. Возможно, подождать своей очереди. Но каких‑то непреодолимых препят­ствий, каких‑то квот и ограничений нет: в Москве все хорошо и с финансированием, и с оснащенностью, и с квалификацией врачей. Больше того, аортокоронарное шунтирование уже не вершина кардиохирургии. Во многом изменились даже не отдельные технологии, а сам подход к оперативному лечению болезней сердца.

    – Например?

    – Раньше ограничением для хирургического вмешательства мог быть преклонный возраст. Для пожилых пациентов, как правило, характерен целый букет заболеваний. Лечение одного часто приводило к обострению другого. Сейчас почти все ограничения сняты: появилось новое оборудование, появились новые препараты, использование которых позволяет бригаде врачей разных специальностей решить сразу несколько проблем во время одной операции.

    – Да, но ведь это в любом случае тройная нагрузка на организм.

    – Этого удается избежать благодаря малоинвазивным технологиям. Для того, чтобы добраться до больного органа, хирургу больше не нужен скальпель. Через прокол или небольшой разрез врач вводит в организм пациента закрепленную на тонком гибком шланге видео­камеру и специальные манипуляторы. Операции проходят почти безболезненно, под местным наркозом, а время пребывания в больнице сокращается – с нескольких недель до нескольких дней и даже до нескольких часов.

    – То есть жалобы на то, что раньше, мол, хорошо лечили – долго, а теперь через два-три дня выписывают, несправедливы?

    – На заживление раны от скальпеля уходит довольно много времени. Рана от прокола диаметром в несколько миллиметров затягивается несоизмеримо быстрее. Так что обижаться на врачей за слишком быструю выписку из больницы не стоит.

    Поделиться